Путин выбрал метод Пригожина. Что говорят бойцы "Вагнера" об этом? Как говорит бывший "тяжеловес" Давид "Джуксон", отбывавший немаленький срок по статье, связанной с ОПГ, почти каждый зэк — потенциальный боец ДРГ: "У них мышление нестандартное, незашоренное, не навязанное системой. А тут их ещё поместили в экстремальную ситуацию между жизнью и смертью".
В России осуждённые по особо тяжким преступлениям получили право на то, чтобы подписать контракт с Минобороны и пойти служить Родине. Соответствующий закон был подписан президентом Владимиром Путиным 4 августа.
Ещё при жизни основатель ЧВК «Вагнер» Евгений Пригожин говорил о том, что эти бойцы отличаются выживаемостью и нестандартным подходом. Как сказал про зэков начмед одного из штурмовых отрядов «Вагнера» Артём (сам он не из бывших заключённых), «у них очень развит инстинкт выживания»:
Из любой ситуации найдут выход, но при этом и умереть многие из них не боялись.
По словам бывшего «тяжеловеса» Давида «Джуксона», отбывавшего немаленький срок по статье, связанной с ОПГ, почти каждый заключённый — это потенциальный боец ДРГ:
Люди делятся на разрушителей и созидателей. Война — время разрушителей. А если они ещё обладают творческим подходом, то принесут больше пользы, чем люди, системно воспитанные. У многих заключённых импровизация в крови. И они именно разрушители — прожили жизнь, нарушая законы. У них мышление нестандартное, незашоренное, не навязанное системой. А тут их ещё поместили в экстремальную ситуацию между жизнью и смертью.
По словам Сергея «Касли», «Вагнер» тем и был хорош, что им давали приказ: «Вот точка. Идите и займите её», и при этом бойцы сами решали, как именно они будут выполнять эту задачу — «сбоку, снизу, справа, перебежками или прилетят на дельтапланах». Поскольку они лучше знали обстановку на месте. А если бы была команда: «Идите только прямо и никуда не сворачивайте», то получились бы «мясные штурмы», в которых бойцы могут погибнуть зазря.
Именно таких людей с креативным мышлением и отбирали в командиры «Вагнера».
Однажды «музыкантам» поставили задачу пройти 200-метровое открытое поле и выбить из лесополки ВСУ. Тот господствовал в небе, поэтому 3-й штурмовой отряд Давида «Джуксона» ходил в наступления по ночам. Но проблема в том, что у противника были «тепляки» и «ночники».
Мы сидели придумывали: кто только какие схемы не предлагал. Решили поджечь кромку их лесополки. «Ослепить» их приборы пожаром. К нам никто не пришёл, не сказал: «На вооружении Российской Федерации имеются вот такие средства, которые помогут вам устроить ленту огня». Нет. У нас была команда дальневосточных «кашников». Мы сами придумывали, собирали, испытывали: прицепляли бутылки с бензином к гранатомётным «морковкам», потом поменяли «морковки», состав горючей смеси — каждый вносил какое-то предложение.
В итоге лесополоса была взята.
В другом случае один бывший заключённый «вагнеровец» случайно заблудился и зашёл в украинский окоп. Но он не растерялся: прикинулся сапёром ВСУ, благо форму было не различить -на передовой все ходят с ног до головы в грязи. Попил с противников чаю, посидел, а потом дальше отправился «минировать». И вернувшись, передал координаты позиций ВСУ своим.
Вагнеровская артиллерия нанесла удар, пробив линию обороны на этом участке, и фронт серьёзно продвинулся вперёд.
Путин выбрал метод Пригожина. Что говорят бойцы?
Пригожин говорил о том, что «на войне выживают наглые и борзые». И многие заключённые оказались на зоне за преступления, совершённые с применением как раз таких качеств. И почти все продвижения «Вагнер» осуществлял именно так — нахрапом. По словам Давида «Джуксона», противник чувствовал, что «вагнера» идут не умирать, а отбирать. Хотят получить то, что принадлежит ему.
Когда ты дерзко берёшь сложные позиции, это быстро обрастает слухами, легендами. И всё, что нужно делать дальше, — держать масть. Чем страшнее легенда, тем меньше вероятность, что враг вступит с тобой в бой,
— отмечает боец.
Как говорит начмед Артём, у них были такие раненые, что, посидев в очереди в приёмном покое, не зайдя в кабинет к врачу, срывались и уезжали ближайшим рейсом обратно на фронт.
Один парень без двух ног с культями по среднюю треть бедра умолял вернуть его на передовую. И подавляющее большинство этих людей были «кашниками», то есть участниками «Проекта К» — бывшими зэками,
— отмечает он.
В его штурмовом отряде медиков было мало, поэтому в помощь подключали легкораненых бывших заключённых. И те, как только привезут раненых, сразу вставали у столов, поднимали раненых на руках, осматривали со всех сторон. И уже через 20 минут все были обработаны, перевязаны, катетеры поставлены в вены.
То есть заключённые для войны — это очень эффективный и ценный ресурс. Но важно его правильно использовать. В «Вагнере» не создавали из «кашников» отдельные отряды, а вливали их в уже существующие — к добровольцам, которые не имели уголовного прошлого. И там умели хорошо адаптировать этих пассионариев. Потому что «Вагнер» сам состоял из пассионариев.
Объединившись, они становились братьями по оружию. И благодаря этому братству одерживали победы.
Об авторе
