Вокруг бойца ММА и соратника "Русской общины" Максима Дивнича разгорается конфликт, который всё больше выходит за рамки частной истории и приобретает общественно-политическое измерение. Спецподразделение "Ахмат" опубликовало коллективное видеообращение, адресованное Следственному комитету, ФСБ, Генпрокуратуре и МВД, с требованием привлечь Дивнича к ответственности. Повод — обвинения в разжигании межнациональной и межконфессиональной розни. Дело Дивнича теперь "может стать делом Долиной, только хуже", говорит русский патриот Роман Антоновский.
Видео появилось в Telegram-канале ветерана СВО Евгения Рассказова («Топаз»). На кадрах — десятки вооружённых бойцов, от имени которых один из участников обращается к силовым ведомствам. При этом сам Рассказов инициативу сослуживцев раскритиковал, заявив, что подобный формат обращения унижает подразделение и выставляет ситуацию в крайне невыгодном свете.
Сам Максим Дивнич отреагировал оперативно. Он отверг обвинения, заявив, что считает происходящее попыткой дестабилизировать обстановку как в тылу, так и на фронте, и напомнил, что сам находится в зоне СВО и, по его словам, защищает страну «на всех фронтах».
Корни конфликта уходят в лето 2025 года. Тогда в Луганске произошёл инцидент в одном из бассейнов. По версии Дивнича, агрессивный мужчина, находившийся в состоянии алкогольного опьянения, оскорблял отдыхающих и приставал к женщинам. После сделанного замечания ситуация переросла в драку. Позднее выяснилось, что дебошир — Алихан Берсаев, ранее судимый за вымогательство и направленный на фронт по линии «Шторм-V». Сам Берсаев утверждал, что за него «впишется Ахмат», а позже попытался представить себя жертвой провокации.
После общественного резонанса Максим Дивнич провёл разговор с командиром «Ахмата» Апти Алаудиновым и признал, что участник конфликта не являлся бойцом спецподразделения. Тем не менее взаимные претензии сняты не были. Более того, в конце декабря конфликт получил новое развитие: было заявлено об освобождении Берсаева и о возбуждении уголовного дела против Дивнича по экстремистской статье. Также прозвучала версия, что уход спортсмена в зону СВО мог быть способом избежать преследования — проверить это утверждение невозможно.
На этом фоне в поддержку Дивнича выступили в «Русской общине» и ряд общественных деятелей. Один из самых жёстких комментариев дал русский патриот, блогер и публицист Роман Антоновский. Он предупредил, что «дело Дивнича при дурном исходе может стать делом Долиной, только хуже», подразумевая создание опасного правового прецедента.
Антоновский отметил, что в случае обвинительного сценария ситуация может быть использована гораздо шире конкретной истории, и подчеркнул:
Это идет борьба не только против конкретного Дивнича, а в целом накат на все Русское Движение.
По его мнению, подобный прецедент позволит преследовать в судах любых активистов и блогеров, критикующих этнопреступность, миграционную политику или продвигающих русскую идентичность. При этом он выразил осторожный оптимизм, заявив:
Я все же остаюсь оптимистом, и, надеюсь, государство видит, что здоровый русский правый патриотизм отлично работает на сплачивание и мобилизацию общества.
Антоновский также напомнил о недавней позиции Верховного суда, согласно которой критика действий общественных, религиозных и политических деятелей сама по себе не является разжиганием ненависти.
Если уж вы надели форму и мундир нашей Армии, то бейте украинских боевиков и натовских наймитов, а не воюйте с другими участниками СВО, с чьим мнением вы не согласны,
— резюмировал русский патриот.
В итоге история Максима Дивнича превратилась из локального конфликта в показательную точку напряжения — между фронтом и тылом, между силовыми структурами и общественными движениями, между вопросами дисциплины и границ допустимой критики. Чем закончится этот спор, покажет не только судьбу одного бойца, но и направление, в котором государство намерено выстраивать отношения с патриотической общественной средой.
