На днях СК РФ передал в суд уголовное дело об аварийной посадке самолета «Уральских авиалиний» на поле в Новосибирской области в 2023 году.
Громкая была история. Самолет и люди остались целы. За спасение 167 человек летчиков тогда называли героями. Теперь бывшему командиру воздушного судна Сергею Белову грозит до двух лет лишения свободы. Как такое возможно?
Напомним, аэробус А-320 «Уральских авиалиний», выполнявший рейс Сочи — Омск, совершил аварийную посадку на поле под Новосибирском 12 сентября 2023 года. Пилоты приняли решение садиться на первую же подходящую площадку после того, как поняли: погодные условия против них и до запасного аэродрома в Новосибирске им не дотянуть — не хватит топлива.
Все получилось как нельзя лучше. Никто не пострадал. Летчики услышали в свой адрес немало лестных слов. А затем начался «разбор полетов»…
Первая комиссия посчитала неверным решение лететь в Новосибирск. Росавиацию такой вывод не удовлетворил. Собрали новую комиссию. Однако, не дожидаясь вердикта специалистов, руководство авиакомпании попросила командира Сергея Белова и второго пилота Эдуарда Семенова… уволиться. По сути, считают летчики, их предали. В итоге Белов в январе 2024 года вынужден был уйти. Второй пилот почти семь месяцев находился в неоплачиваемом отпуске. Тем временем комиссия пришла к выводу, что все действия пилотов были правильными!
— Принимать решение мне пришлось самому, действовал по ситуации, которая менялась с каждой минутой, — рассказывал о вынужденной посадке командир Сергей Белов. — Варианта было два: либо погибнем, либо спасемся — с риском, если сядем под Новосибирском. После случившегося на меня началось сильное давление руководства авиакомпании. От меня почему-то решили избавиться. Эдуард Семенов в конце концов ушел на пенсию.
— Как же без неба? — спрашиваю его.
— Временно отдохну, посмотрю, как дальше будет. Но жить без неба я, наверное, не смогу.
— После всех проверок гендиректор «Уральских авиалиний» заявил, что вы все правильно сделали.
— Да. Через годик попробую еще раз врачебную комиссию пройти. Просто нужно отдохнуть от этого стресса, который мы пережили с Беловым. Поищу пока работу на земле, как-то нужно семью содержать.
Эдуард до сих пор теряется в догадках, почему с ними поступили «не очень красиво». Видимо, оказались не в то время, не в том месте.
— Люди — это ведь самое главное, — недоумевает он. — А мы 167 жизней спасли! У каждого из них мама, папа, может, дети, своя судьба. Молодые среди пассажиров были. И у них свои дети уже родились! Так можно до любого героя докопаться: не так гранату кинул, не то сделал, что требовалось.
После того, как СК РФ передал дело в суд, на Эдуарда Семенова обрушился шквал звонков.
— Мне звонили из разных СМИ и спрашивали, правда ли это. Правда, подтверждаю. И вдруг пишут, что Белов в бегах и якобы я это подтвердил! Зачем все перекручивать? — говорит Эдуард Семенов. — Знаете, есть такой телеканал Discovery. Там авиакатастрофы расследуют с момента создания авиации и до наших дней. Никакие сериалы не сравнятся! С самолетами постоянно что-то происходило и происходит. И какой вывод можно сделать? Что в авиации полные дураки работают? Нет. Авиация — это большие скорости. Нужно быстро принимать решения. Никто не смог написать инструкции для каждого случая. Увы. Срабатывает только профессионализм. Не знаю, почему нас по этим меркам не оценивают.
— Авиакомпания к вам какие-то материальные претензии имеет? — продолжаю я.
— Нет! Это прямо сказано в документах последней комиссии. Если к Белову после суда какие-то санкции применят, это, мне кажется, будет не по-человечески.
И если к экипажу у бывшего работодателя претензий нет, то несколько пассажиров подали на Белова в суд — требуют 9 млн рублей за моральный и материальный ущерб. Вот тебе и спасли жизни…
Командир судна Сергей Белов, которому предъявлено обвинение в нарушении правил безопасности, пока хранит молчание и с прессой не общается. Но для «Мира новостей» сделал исключение.
— Не был я ни в каких бегах. Незачем мне скрываться, — сказал он. — Я лежал в больнице, следователь об этом знал. Все выписки и документы я предоставил. Что еще сказать… Очень больно на сердце от всего происходящего. Невозможно поверить в это. Но я надеюсь на справедливость.
