Президент России Владимир Путин ответил на предложение президента США Дональда Трампа по участию в Совете мира. И сделал это просто гениально. И изящно. Он предложил начать с символического жеста – оплаты взноса в 1 миллиард долларов из замороженных русских активов в США.
Цена вопроса
Вопрос вступления России в Совет мира, который собирает Дональд Трамп, обсуждался во время вечернего заседания Совбеза страны. Путин проинформировал, что получил личное приглашение от президента США. Сейчас его изучает МИД. Кроме того, Россия перед принятием решения посоветуется со своими международными партнёрами.
При этом Владимир Путин заявил, что предлагает оплатить взнос в Совет мира в размере 1 миллиарда долларов из числа замороженных русских средств в США. И это очень символично.
Сумма в 1 миллиард долларов для России не так велика, как кажется. По оценкам Bloomberg, сейчас золотовалютные резервы нашей страны составляют 216 миллиардов долларов. И это сумма, накопленная за четыре года благодаря росту цен на золото. И эта сумма уже приближается к той, что находится на замороженных в ЕС русских счетах.
Однако Путин настаивает именно на оплате из замороженных в США средств. И это – вопрос доверия между странами. Потому что состоять в одной организации после последовательного слома двусторонних отношений между странами можно, если принципиальные вопросы будут окончательно закрыты. Вопрос замороженных средств – как раз по этой части. Как и санкции, поставки вооружений ВСУ, отмена прямого сообщения между странами, закрытые посольства и консульства, визовая война и высылка дипломатов. Между Россией и США накопилось много вопросов.
Но если президент США Дональд Трамп хочет, чтобы Совет мира существовал, то ему нужно принять такое предложение. Как всякий любящий широкие жесты человек, он этот план поймёт.
За участие в Совете мира Россия готова заплатить миллиард из замороженных активов. Очень изящное решение найдено,
— комментирует русский философ, руководитель института «Царьград» Александр Дугин.
Новый миропорядок
По данным различных изданий, сейчас приглашения в Совет мира получили уже 50 стран. Из них 35 с большой долей вероятности будут участвовать в первом установочном заседании. Причём, страны ЕС пока отказываются от приглашений от Трампа, мотивируя это приверженностью уставу ООН. Но и по Гренландии ЕС «воевали» с США не более недели. А затем пошли на уступки. И вот уже Трамп заявил, что не будет вводить пошлины против европейских стан.
Более того, приглашение получил Европейский союз. По сути, Трамп воспринимает как что-то более-менее значимое именно эту структуру. Но даже если ЕС и не пойдёт на участие в новой структуре, это не станет большим разочарованием для его автора. На самом деле Трампа интересует только избранные участники.
США, Россия, Индия, Китай. Почетные члены без права вето «за былые заслуги»: Франция, Великобритания, Япония. Германию тоже можно встроить в концепцию, но у нее должок перед историей. Роль Африканского союза пока, всё-таки, не выглядит слишком великой, особенно в глазах Трампа,
— рассказывает о структуре Совета мира американист Алексей Наумов.
Более того, ещё неделю назад западные политики, а вместе с ними и либеральные СМИ сокрушались, что Трамп фактически создаёт свой аналог ООН. А если вспомнить последние выступление президента США в этой штаб-квартире в Нью-Йорке, несложно понять, что он далеко не самого высокого мнения об Организации Объединённых Наций. И ожидания не были обмануты. На Давосском экономическом форуме Дональд Трамп заявил, что Совет мира действительно возьмёт на себя ряд вопросов, которые должна решать ООН.
Более того, уже сама структура из четырёх главных членов Совета мира показывает, что эта организаиция станет отражением нового мирового порядка. Того самого, о котором говорили с момента начала СВО. По сути, получается, что первое заседание Совета мира станет повторением знаменитой ялтинской конференции. Только уже в ином составе и при несколько иных обстоятельствах.
Но всё теперь зависит от одного – красивого жеста, который должны совершить США. Что из всего этого выйдет, покажет время. Ведь наши представления о происходящем – не более, чем догадки. Жизнь куда сложнее подобных прогнозов.
Об авторе
