Многодетные мамы-аферистки, которые занимались махинациями и пристраивали младенцев в семьи, как котят, оказались на скамье подсудимых.
«Мир новостей» писал об этой истории осенью 2023 года. Мы рассказывали, как две приятельницы — 45-летняя Наталья Патока из Подмосковья и 44-летняя москвичка Юлия Логинова — оказались в центре уголовного расследования по обвинению в создании целой системы нелегального усыновления. В уголовном деле о торговле детьми вскрылись новые подробности. На данный момент обвинение рассматривает 14 случаев с новорожденными, которым находили новых родителей. Всего на скамье подсудимых кроме двух главных фигуранток дела — 17 человек, участвовавших хоть и в благородной по сути, но преступной с точки зрения закона схеме распределения детей в семьи.
ЧУЖИЕ СВОИ ДЕТИ
Напомним, как раскрылись темные дела подруг. Все началось неожиданно: 8-летний сын Логиновой, страдающий диабетом, попал в больницу. Врачи установили, что ребенок принимал «не те» лекарства, а их, по словам пациента, ему дала мама. Женщину обвинили в умышленном причинении вреда здоровью, но это были еще цветочки. Когда следствие потянуло за ниточки, это уголовное дело вылилось в более шокирующее.
Выяснилось, что в 2010 году Юлия лишилась возможности иметь детей из-за операции. Это означало, что Антон не мог быть ее биологическим ребенком. ДНК-тесты подтвердили отсутствие родства не только с ним, но и с другими детьми. Оказалось, что пятеро из пятнадцати детей, которых воспитывала Юлия, не были ей родными. При этом документы утверждали обратное.
По данным следствия, двое детей Логиновой были от мигрантки из Средней Азии Фирузы У., которой те были в тягость. Еще трое младенцев появились в семье после того, как от них отказались две родительницы. Не исключено, что за то, чтобы оформить детей на Юлию, как на родную мать, женщины получили вознаграждение.
Установлено, что и в семье Патоки, где также воспитывались 15 детей, шестерых из них муж и жена «присвоили» себе, записав как родных и все оформив через домашние роды. Аналогичным способом еще несколько семей с помощью Патоки и Логиновой «родили» себе ребятишек. Они тоже будут отвечать за это перед судом.
Найти непутевых мамаш двум подругам не составляло труда. В то время Логинова работала волонтером на горячей линии кризисного центра для женщин, открытого в Подмосковье Натальей Патокой. По версии обвинения, именно из контингента приюта, куда обращались жертвы домашнего насилия и беременные, которые не знали, оставить ребенка или сделать аборт, находились женщины, готовые вынашивать и рожать детей, а затем — без посредничества органов опеки — передавать их чужим людям.
За два года расследования всплыли новые подробности. Одна из них связана с 14-летней школьницей. Взрослые решили, что родившегося ребенка придется отдать. Поскольку матери не было 16 лет, госорганы взяли бы младенца под контроль. Узнав о несовершеннолетней роженице, Логинова и Патока посчитали, что вмешивать в ситуацию власти не стоит, и убедили подростка показать в роддоме чужой паспорт. Женщина, чьи документы использовались, теперь тоже проходит по делу как обвиняемая.
В другом эпизоде глава многодетной семьи Виталий Есенин, знакомый Патоки, признал своей дочерью девочку с тяжелыми проблемами со здоровьем, хотя никакого отношения к ее рождению не имел. Малышка появилась на свет в Башкирии. Родная мать, не имея возможности оставить ее себе, планировала отказаться от ребенка в роддоме, но Патока уговорила привезти малышку в подмосковный Зарайск и подписать у нотариуса согласие на лишение себя родительских прав. Ребенка, по сути, как котенка, отдали Есениным.
Таким образом, следствие рассматривает несколько различных схем, которые объединяет одно — с одной стороны — беспомощность женщин и желание решить «беременную» проблему любыми путями, а с другой стороны — легкий путь пополнения семьи новым ребенком для тех, кто готов воспитывать неродных детей, выдавая их за своих биологических.
ОТ ПОХВАЛЫ ДО ПОДОЗРЕНИЙ В МОШЕННИЧЕСТВЕ
Суд над «матерями-спасительницами» разделил общество, по всей стране идут жаркие споры. Одни считают, что они спасали детей от детдомов и худшей участи, а то, что подделывали свидетельства о рождении, так это чтобы обойти малоповоротливую бюрократию и не привлекать к себе лишнее внимание органов опеки. Многочисленные свидетельства рисуют женщин, сопереживающих чужому горю и стремящихся помочь тем, кто оказался в безвыходной ситуации. Как утверждают сторонники Патоки и Логиновой, они видели свою миссию в том, чтобы у каждого ребенка была семья, а не койка в доме малютки. Да, ценой подделки документов и дачи взятки в медучреждениях и загсах, говорят знающие подруг люди, но они шли на нарушение законов без злого умысла.
Есть и другие мнения: движущей силой для подсудимых был не альтруизм, а жажда наживы — желание получить государственные льготы и пособия. Мол, «чем больше детей, тем больше денег». Размах отношения к многодетности просто поражает: то дифирамбы родителям поют, то обвиняют в желании обогатиться. Такое противоречивое отношение к многодетности типично для общества, но мотив обогащения выглядит неубедительно. Зачем платить за детей большие деньги, чтобы получать гораздо меньше? Выплаты на 15 детей — это около 500 тысяч рублей. Поделить на каждого — и выйдет порядка 30 тысяч на ребенка в месяц. Маловато для шикарной жизни.
Пока прокуратура рисует мрачную картину, но все, кто знал Юлию, Наталью и их детей — от соседей до педагогов школы, — уверяют, что они ответственные и заботливые мамы. Их дети всегда были аккуратно одеты, сыты и обуты. Школьные журналы не хранят ни единого нарекания: уроки посещались исправно, домашние задания выполнялись прилежно, во внеурочное время — кружки и секции. Как совместить эту реальность с предъявленными обвинениями?
ЗАКОН ПРОТИВ ЧЕРНОГО РЫНКА УСЫНОВЛЕНИЯ
Как бы там ни было, подделка документов и покупка детей — преступления. Может показаться, что фигуранты цинично «обналичивали» младенцев. Но все гораздо сложнее. Разве преступление подарить ребенку — даже в обход закона — шанс на счастливую жизнь, если биологические родители не могут или не хотят его обеспечить? «Да, мы понимали, что нарушали закон. Но мы спасали детей. Спасали от детдомов, от безнадеги, от сиротского клейма», — говорила в суде Наталья Патока. Логинова же в одном из интервью районной газете признавалась, что счастлива тем, что она — мама и чем больше у нее будет детей, тем она счастливее.
Следствие все же настаивает: Логинова и Патока занимались торговлей людьми. Звучит жутко, почти как сюжет криминального сериала, но закон суров. До недавнего времени подобные дела квалифицировали как незаконное усыновление (ст. 154 Уголовного кодекса РФ), за которое максимум, что грозило, — исправительные работы или несколько месяцев колонии. Но после изменений в законодательстве в 2021 году любая передача ребенка в обход официальной процедуры стала приравниваться к торговле людьми (ст. 127.1 УК РФ). Патока и Логинова оказались подсудимыми не только из-за подмены документов, но и потому, что закон ужесточился, а все их действия квалифицируются теперь как тяжкое преступление, за что можно отправиться в колонию на 8-10 лет.
В деле Патоки — Логиновой фигурируют 14 детей, которые с 2014 по 2022 год незаконно записывались родными через незаконные схемы. Но можно ли назвать торговлей ситуацию, когда ребенка не продали «на органы» и не вывезли за границу, а оставили в семье? Однако Логиновой и Патоке вряд ли стоит этим козырять. Их преступление в том, что они решили заменить собой институты государства. Хотели обойтись без него в деле усыновления. Не хотели заполнять сотни бумаг, ждать проверок, собирать справки и ходить на комиссии. В схеме двух подруг все было проще и без хождения по бюрократическим кругам. Но преступление ли это в чистом виде или попытка облегчить жизнь усыновителям?
Главный парадокс в том, что, если Патоку и Логинову отправят в колонию, пострадают дети, которым «по упрощенной схеме», в нарушение всех правил и норм закона дали семью. Неизвестно, каким будет вердикт суда, но главное, чтобы приговор «отправить в детдом» не вынесли детям.
Об авторе
