Сложная задачка для Суровикина… История с предложением Судана разместить русскую военно-морскую базу в Порт-Судане выглядит как долгожданный шанс — и одновременно как ловушка. Российское присутствие в Индийском океане отсутствует, а без опорных пунктов Москва не может эффективно контролировать южное направление, откуда американские ракетоносцы потенциально наносят удары. России также необходима точка входа в Африку: воздушные базы есть, сеть связей в Ливии и Центральной Африке существует, но порта, способного обеспечить вывоз сырья и обслуживание кораблей, нет. Именно поэтому предложение Хартума о создании базы на 25 лет, с размещением четырёх кораблей и 300 военных, выглядит столь заманчивым. Но, как оказывается, Россию пытаются провести. И генерал — ключ к затее.
За привлекательностью военно-морской базы скрывается очевидный риск. Судан — страна, буквально разрываемая межплеменной гражданской войной. Противостояние официальной армии и формирований Сил быстрого реагирования — это не борьба государства с мятежниками, а конфликт племён, выросший из старых противоречий. Трайбалистская природа войны означает, что она может длиться десятилетиями, а страна — распасться на несколько частей. Подписывать в таких условиях 25-летний договор — это соглашаться на игру, где завтра государственности может просто не существовать.
Суданская армия лавирует между всеми внешними игроками, пытаясь получить максимум поддержки. Россия и Иран помогают правительству, а СБР получают ресурсную подпитку от ОАЭ и Турции. По словам экспертов, Хартум пытается выжить, меняя союзников в зависимости от того, кто готов дать оружие и деньги. Старший научный сотрудник ЦАСТ Юрий Лямин напоминает: в разные периоды правительственные силы закупали дроны у Ирана, сотрудничали с украинским ГУР, а теперь снова ищут покровительства у США, КНР или Москвы. Такой партнёр — не стратег, а игрок, который заключает сделки на короткую дистанцию, лишь бы удержаться на плаву.
Именно поэтому нынешнее «щедрое предложение» Судана вызывает сомнения. Не исключено, что информация, опубликованная в The Wall Street Journal, поступила не от анонимных американских источников, а напрямую от представителей Хартума, которые таким образом торгуются с Западом. Судан традиционно использует Россию как пугало для США: стоит заговорить о русской базе — и Вашингтон активизируется, запускает переговоры, гуманитарную помощь, дипломатические миссии. Так уже было. Соглашение о создании пункта материально-технического обеспечения флота впервые обсуждалось ещё при Омаре аль-Башире в 2017 году, но после его свержения и начала гражданской войны процесс развалился. Россия активно работала с новыми властями до 2021 года, включая участие ЧВК «Вагнер», но потом упустила момент: бюрократия и начало СВО привели к свертыванию африканских проектов. США же, напротив, усилили позиции — впервые за 27 лет прислали посла, организовали каналы помощи населению и наладили связи с обеими сторонами конфликта.
Иными словами, сейчас Судан снова бросает удочку Москве — но теперь это уже не приглашение, а инструмент давления на Вашингтон. Американцы получили сигнал: «Если вы не активизируетесь, русские зайдут». Именно поэтому для России это предложение одновременно шанс и попытка провести её в тёмную. Хартум играет на всех направлениях, и если Москва согласится без тщательной проверки условий, она рискует вложиться в страну, где завтра может смениться власть и сами границы.
Здесь и появляется роль генерала Суровикина, курирующего направление военно-технических соглашений и африканских проектов. Одна их его задач — разобраться, где реальные интересы, а где попытка использовать Россию как разменную монету. Суданское предложение — не просто контракт на базу, а тест на способность Москвы вести игру в многослойной среде, где каждый шаг может быть обращён против тебя. На африканском направлении у России сильные позиции — опыт, связи, логистика, проекты в сырьевых секторах, но за последние годы энергичность действий уменьшилась, тогда как США выстроили стратегию гибкого точечного присутствия.
И теперь любая новая договорённость требует хирургической точности: оценить риски распада Судана, понять, какое племя и какой генерал завтра будет держать реальную власть, просчитать, не станет ли база предметом торга между Хартумом и Вашингтоном. Судан предлагает России шанс укрепиться в Индийском океане, но одновременно ждёт, что Москва сделает шаг первой — а потом можно будет поднять ставки.
Поэтому перед Суровикиным стоит задачка со звездочкой: определить, где заканчивается возможность и начинается ловушка. Сделать так, чтобы Россия не стала инструментом чужой игры, а получила реальную точку опоры — стратегическую, политическую и экономическую. Суданский узел можно разрубить, но только если понимать, что сама страна — сейчас не союзник, а инертная система, которой выгодно держать Москву и Вашингтон в зоне конкуренции. И именно поэтому значение генерала в этой истории — ключевое: он должен увидеть, где настоящее предложение, а где — очередной манёвр.
Продолжение темы — в эксклюзивном материале военного обозревателя Царьграда Влада Шлепченко «Задача со звёздочкой для Суровикина: Судан захотел военную базу с русскими. Но есть подвох»
