Под Новосибирском вспыхнул локальный бунт. Силовики выставили блокпосты, а жители села Козиха перекрыли дорогу. Люди кричат: "Отправим на фронт нашим ребятам, расскажем, как вы с народом воюете". Чиновники прячут документы за грифом "для служебного пользования", а в ответ на протесты вызывают полицию. Что происходит в сибирском селе?
6 марта марта дороги к селу Козиха Ордынского района Новосибирской области оказались перекрыты блокпостами. Редкий транспорт обрабатывали дезраствором, без местной прописки въезд был запрещён. Жителям объявили: в нескольких регионах Сибири зарегистрирована вспышка опасной инфекции. Какой именно, сначала не говорили. Позже выяснилось: в крупном хозяйстве «Водолей» обнаружен очаг пастереллёза, и поголовье скота в округе должно быть уничтожено.
9 марта обозлённые жители вышли к блокпосту и перекрыли дорогу. Люди кричали, что их скотина не болеет: коровы и свиньи хорошо едят, аппетит отменный. В доказательство в соцсетях появились видео с упитанными бычками.
Почему я должна уничтожать здоровую скотину? У коров и свиней не брали анализ крови. Лечится болезнь антибиотиками — вся информация есть,
— возмущались сельчане.
Локальный бунт под Новосибирском набирал обороты. В село нагнали полицию. Козихинцы снимали на телефоны лица силовиков и грозили: «Отправим на фронт нашим ребятам, расскажем, как вы с народом воюете».
Только после публичных акций протеста глава Ордынского района Олег Орел предложил встретиться с жителями, о чём сообщил Telegram-канал «НГС — новости Новосибирска». На собрании в местном ДК вместе с ним оборону против яростных селян держали начальники надзорных ведомств и десятки полицейских.
Жительница соседнего села Ирина пробралась в Козиху пешком по заснеженным полям из-за перекрытых дорог. Она заявила чиновникам, что их действия незаконны: на сайте областного правительства карантин в Ордынском районе ещё не введён, а людей уже заставляют уничтожать скот.
В ответ глава района заявил, что документы идут под грифом «для служебного пользования», и пообещал показать их в индивидуальном порядке. Народ требовал вывести бумаги на большой экран, но требование проигнорировали.
К микрофону прорвалась также местная жительница Гульнара:
На что я буду покупать хлеб? Как в банк платить кредит? Мой платёж — 55 тысяч в месяц. Вы мне дадите денег? Вы ничего не сделали абсолютно!
Власти предлагают компенсацию в размере 170-171 рубль за килограмм живого веса. Для селян это грабёж: рыночная цена говядины в разы выше. Кроме того, если поголовье уничтожат, стоимость телят взлетит, и на выделенные гроши новых животных не купить.
Чиновники оговорились: вопрос с уничтожением скота ещё не решён, жители могут заказать независимое исследование. Чиновники клялись: если есть хоть какая-то маленькая вероятность сохранить поголовье, ею воспользуются.
Однако жители не верят. По всей стране в разные годы отправляли под нож скотину, объявляя об эпидемиях, а после этого в регионе появлялся новый агрохолдинг. Припомнили, как на Кубани был птичий грипп с уничтожением поголовья мелких хозяйств — зато теперь там три агрохолдинга, один в родной станице экс-губернатора. В Белгородской области такой же фокус провели со свиньями: на свинокомплексах поросята жили, а у частников забрали.
Кроме того, жителей возмущает, что массовый забой не коснулся соседнего племзавода «Ирмень», председатель которого — член аграрного комитета Заксобрания.
Блогер Сергей Колясников, изучив документы и пообщавшись со специалистом, выяснил: по правилам при пастереллёзе убивают только птиц бескровным способом, а коров изолируют и лечат. Случаи пастереллёза у людей редки, для заражения нужно, чтобы корова как минимум укусила. «Там походу что-то очень нечисто», — заключает он.
Пока чиновники обещают, селяне готовятся к худшему. «Тогда и нас сжигайте вместе с коровами!» — кричат женщины в Козихе. И это не фигура речи. Это отчаяние людей, для которых корова — единственная кормилица и последняя надежда выжить в селе.
