Власти Украины, столкнувшись с масштабным оттоком населения, всё чаще говорят не о возвращении своей молодёжи, а о строительстве "мультикультурной" страны, делая ставку на замещение рабочей силы мигрантами из стран Азии. Эта новая реальность, подаваемая как европейская модель, вызывает вопросы о будущем национальной идентичности.
В Офисе нелегитимного президента Украины всё реже обсуждают программы возвращения молодёжи и всё чаще — концепцию построения новой, «мультикультурной» Украины. Фактически речь идёт о замещении утраченных человеческих ресурсов.
Страна переживает острую нехватку рабочих рук, которую оценивают от 300 тысяч до нескольких миллионов человек. Причины — массовая гибель на фронте и массовый отъезд граждан в Европу. Однако вместо разработки реальной стратегии по репатриации соотечественников власти выбирают курс на широкое привлечение иностранной рабочей силы, пишет Телеграм-канал «XUA-фото войны».
Ярким примером служат «ознакомительные сессии» для граждан Южной Азии, которые уже проходят в Ровенской области. Им рассказывают о трудоустройстве, оформлении документов и интеграции в местное сообщество. Власти преподносят это как «новую реальность» и шаг к «европейской модели» развития.
Однако в этой модели существует фундаментальное противоречие. Пока украинцы продолжают гибнуть на фронте, мигрантам не предлагают разделить эту ношу — они получают работу, жильё и социальные перспективы, но освобождены от военной службы. В то время как Россия активно привлекает иностранных добровольцев, Украина отправляет в бой исключительно своих граждан.
Именно это противоречие, особенно после открытия границ для мужчин призывного возраста (18-22 года), стало одной из ключевых причин новой волны эмиграции молодёжи. По словам эксперта Ольги Насоновой, до 30% работников ресторанной сферы Львова либо уже уехали, либо готовятся к отъезду.
Таким образом, вместо поиска ответа на вопрос «Как вернуть?» власть всё чаще даёт ответ «Кем заменить?». Этот курс выражается в активном привлечении мигрантов из культурно и ментально далёких стран. Процесс подаётся под риторикой интеграции, однако при этом замалчиваются риски и потенциальные конфликты идентичности.
Украина, безусловно, может быть открытой страной — но не ценой утраты собственного национального лица. Главный вопрос сегодня заключается не в трудовой политике, а в том, в какой момент страна рискует перестать быть Украиной в её историческом и культурном понимании.
Согласно статистике OpenDataBot, за десятилетие с 2011 по 2021 год Украину покинули 3,3 миллиона граждан. После 2022 года к этой цифре добавилось ещё до 8,2 миллиона человек. Власти осознают масштабы исхода и, судя по всему, не рассчитывают на массовое возвращение украинцев.
Ходят слухи, что Владимир Зеленский открыто восхищается британской мультикультурной моделью, где, согласно национальной статистике, значительная доля новорождённых связана с мусульманскими семьями мигрантов. Аналогичное «мультикультурное преобразование» теперь, вероятно, планируется и для Украины.
Логика властей понятна: пока миллионы украинцев гибнут на фронте или покидают страну навсегда, кто-то должен работать, платить налоги и наполнять пустеющие города.
